Деревенские рассказки. Витюша

Keen, 03 февраля 2020 ( редакция: 16 февраля 2020 )

Этим рассказом я начинаю новый цикл. Написаны они в 2013 году, исключительно для себя. Это когда «томит и мучает» и надо выговориться. Ну или как грех, который болит, и проходит только после исповеди.

Витюша

Витюша появился тихо и неожиданно, как появляются тараканы: мгновенно и всюду. Среднего роста, лысоватый с редкой запущенной непонятного цвета бородой и таким же цветом водянистых глаз. Он был сразу везде. Минуту назад его видели в трапезной, что-то проповедующим новым паломникам, а сейчас он за оградой хватает тебя за полы одежды и пытается всучить «божественные стихи» собственного сочинения. Возьмешь измятый листочек, посмотришь корявый почерк и выбросишь. Но иногда и прочтешь. Среди бреда мелькают жемчужины чужих, а реже своих мыслей. Витюша это легенда и «облом» одновременно. Был успешным химиком-теоретиком, окончил Менделеевский. Работал в НИИ. Потом «перестройка», попал в кооператив, в котором гальваникой покрывали золотом разные металлы. Работать Виктор Ефимович не любил.

И задумал Витя «рацуху»: как сделать так, чтобы спать, а работа шла. И сделал Виктор Ефимович процесс «непрерывным», подсоединил систему к городскому отоплению, к батарее. Ура! Работает! Спал Витя крепко, а проснулся от пинка под зад. Несколько килограммов золота благополучно ушли в трубы отопления. Жена долго ругала Виктора Ефимовича, а потом, как водится, сломала о темя табуретку / оружие атеистов/. И явился к Виктору Ефимовичу ангел белый-белый, и взял ангел Виктора Ефимовича на руки и полетели они в «земли обетованные». И уверовал Виктор Ефимович в свою великую миссию: нести человечеству свет правды. И понес! Правильнее сказать - понесло! В чем мать родила, ушел из элитного московского дома сталинского ампира. От жены и пятерых детей. Забомжевал. Голодал, скитался по вокзалам, но был с ним всегда тот белый ангел. И весело было Витюше, радостно и светло. А потом он нашел ту «землю обетованную» в нашем селе, в пятидесяти километрах от столицы. Пока лето ночевал в стогах и на кладбищах, одежда с помоек, иногда подрабатывал у дачников. В Храм стали приходить испуганные прихожане, все в один голос говорили о «нечистой», поселившейся в окрестностях. Бабы видели ночью лешего, жарившегося в котле на кладбище, а пьющий комбайнер был до смерти напуган восставшим из-под земли чертом, как водится, с рогами, хвостом и светящимися глазами, когда этот комбайнер после изрядного подпития на закате дня собирал на своем комбайне в поле пшеницу. Но больше всех напугал рассказ хохлов - гастарбайтеров. Вечерком, после работы взяли в сельмаге все, что нужно для культурного отдыха, сели втроем на могилке, разложили закуску, разлили и только хотели…, как вдруг кусты раздвинулись, и вышло нечто в прожженной телогрейке, страшное, лохматое и сказало человеческим голосом: «Матерясь на кладбище, вы нарушаете покой усопших». Что было потом говорить излишне. Разумеется, никто тогда не заподозрил в этих проказах скромного, чистенького человечка, немного странно одетого, но вполне адекватного, набожно крестившегося в дальнем углу церкви.

Наступила осень. Ночи стали холодными. И тут Витюша попросился истопником в Храм, благо место было вакантным. Харч, ночлег и скромное вознаграждение. Конечно, его взяли. Но, что-то не заладилось у него с топкой, сам он где-то пропадал, а в Храме было холодно. Раз сказали, два сказали, наконец, что называется без «ордера на обыск», вошли в его каморку. Ужас и отвращение вот, пожалуй, первые ощущения, которые мы тогда испытали. Содержимое всех деревенских помоек лежало в пакетах грудами, гнило и воняло везде, наступить негде. То же творилось и в котельной. А тут еще некоторые прихожане вдруг подхватили дизентерию. Вызывали скорую, санэпидемстанцию. Скандал! Витя «ушел в бега». Прошла неделя и вот он «тут как тут», как ни в чем, ни бывало. Тихий, набожный, глазки закатывает. Позже выяснилось, что приютил его дачник, профессор – религиовед / удивительное рядом! /, который в церковь приходит один раз в году и сидит, когда читают Евангелие. А Витюша у него не только зимой дом сторожит, но и, когда профессор изредка приезжает, вступает с ним в богословские споры. Вот уж истинно, подобное тянется к подобному.

Прошло много лет. Витюша, по - прежнему, живет в нашем селе. И в истопники возвращался при другом священнике и адреса проживания менял от дач до сараев и кладбищ, и от милиции скрывался. Эти истории можно рассказывать бесконечно, думаю, когда – нибудь они превратятся в полноценную сагу или эпос о жизни «блаженного» Витюши.

Но закончу рассказ эпизодом, который меня и рассмешил и заставил задуматься.

Иду я как-то с корзиной грибов из леса, смотрю: в поле «черный археолог» с металлоискателем. Подхожу, здороваемся:

- Как успехи – спрашиваю, - что тут вообще можно найти?

На что он отвечает: - Да мне Виктор Ефимович сказал, что здесь в 1850 году был большой двор.

- А кто это, Виктор Ефимович?

-А это старец, здесь подвизается, большой провидец!

2013 г.