Машина времени 2

Keen, 21 декабря 2019 ( редакция: 19 февраля 2020 )

Вернемся на площадь восточного моста

0009


Это угол забора ТМЗ, тогда еще 82-го. Налево Лодочная, прямо Свобода. Барак отдела кадров и столовой. Смотрите «Машину времени». Отдел кадров. Вход был еще со Свободы. Возглавлял его, кажется, Глебов, был у него в кабинете, когда собирался поступать в Полиграф. Тогда предприятия взращивали свои кадры. А.А. Шкрабо написал рекомендательное письмо, а Глебов, как начальник кадров, написал свое и обещал всячески помогать в учебе. Запомнился этот человек статной фигурой и военной выправкой. Мне он почему- то казался одним из чапаевцев, мужественным и волевым героем. В этом же строении была столовая, не пишу бараке, все что строил завод, было добротным и по тем временам «вполне». На обед всегда была бутылочка пива. Когда добредали /около километра/до бюро эстетики, где я тогда работал (Машина времени), очень хотелось прилечь. Кое-кто уходил в мастерскую рядом, и часок храпел на щитах членов политбюро. Особенно хорошо спалось на Громыко.

Говорят, что в здании Отдела кадров была библиотека. Помню смутно. Был два или три раза. Обычно бегал на Тушинскую в областную. Какие замечательные тетушки там работали! Советовали, что выбрать. Когда у стойки говорил название нужной книги, библиотекарша ободряюще улыбалась. Улыбались до тех пор, пока не стал спрашивать вещи, о которых говорили западные радиостанции. Например, «Повесть о пережитом» Горбатова и «Бабий яр» Кузнецова, “Последний день Ивана Денисовича”. Эти книги я всё равно достал, как и практически весь самиздат, но это будет немного позже.

Далее за столовой пожарная часть с каланчей. За ней тренировочная деревянная стенка. Частенько видел пожарных с брандспойтами и лестницами, вскарабкивающихся на эту стену. Ловко у них получалось. Но дома горели регулярно. Был взрыв газа на Фабрициуса и сильный пожар. Горел красный дом на Лодочной, в пятистах метрах.

В правом углу здание заводоуправления.


Лирическое отступление

1956. Отца с нарочным пригласили в заводоуправление. Дело было поздним вечером, на улице темно. Мама работала во вторую смену, меня четырехлетнего не с кем было оставить. Отец взял за руку, и мы пошли. Здание заводоуправления было мне знакомо. Внутри, за остекленными дверями, турникет и вахтер в синей форме, сбоку обязательная кобура. Прошли, поднялись на второй этаж. Приемная. Потом, повзрослев, отматывая ленту назад, я понял, что секретарша уже закончила работу. Дверь направо было открыта. Мы вошли. После нашей «однушки» кабинет показался футбольным полем. Поразили огромные окна. В глубине стоял стол и два кресла. За столом сидел человечек. Именно человечек, несоразмерный масштабу этого пространства. Отец о чем- то разговаривал с этим человечком, сидя в мягком широком кожаном кресле. Напротив сидел я, ноги не доставали до пола. Потом он попрощался, и мы пошли. До двери шли очень долго. Когда были на улице, я спросил: -Кто этот человечек? Директор завода, - ответил отец.

Я был очень озадачен, директора завода я представлял совершенно иначе. Естественно, фамилию я не запомнил, даже, если она и прозвучала.

Еще отчетливо сохранились воспоминания о заводском Доме Культуры. Вдали заводоуправление.

00010


Если быть точным, Дом Культуры выглядел так.

00011


Как уже говорилось, это было одноэтажное длинное здание. Назвать его бараком как-то язык не поворачивается. Большое просторное фойе. Деревянный крашеный пол. Вместительный гардероб. Бывал здесь на «елках» и во время голосований. На всех мероприятиях работал шикарный буфет. Кажется, только с пивом. За лимонад, мороженое и шоколад ручаюсь. Играл духовой оркестр, причем очень громко. Зал 20Х15 метров приблизительно. Небольшая, метров на 12 сцена. Неглубокая и невысокая. Обычно на заднике киноэкран. Во время «елок» ряды стульев снимали, в середине стояла плохо украшенная, щипанная елка, вокруг водили хороводы. Все было казенно и неинтересно, даже подарки. Вот как это выглядит сейчас.

00012

Обсуждение публикации на форуме
2 комментария, последний 23 декабря