Тушинские семечки

Keen, 04 апреля 2020 ( редакция: 14 мая 2020 )

Семечка №1

- Семячко! Семячко! Семячко! - так, или почти так зазывно кричали румяные тетки, продавщицы семечек, на Тушинском рынке. Перед каждой открытый мешок с семечками подсолнуха и сверху гранённый стакан с горкой. Десять копеек – все удовольствие. Разной обжарки, тыквенные, ядрёные! Глаза разбегаются! Оттопыришь карман, продавщица всыплет стакан, а то и два! Идешь по рынку с раздутыми карманами как король! Семечки никогда не любил, но набить карман, пройтись по улице, поздоровавшись со знакомым, а потом всыпать горсть семечек в его протянутую руку, считалось правилом хорошего тона. Семечки тогда были своего рода коммуникатором, средством общения, трубкой мира, если хотите. Позже таким коммуникатором стали сигареты. Но поскольку я закурил только на последнем курсе института, семечки еще долго оттягивали карман в моих «техасах». Для тех, кто не знает «техасами» называли первые советские джинсы. «Техасы», кеды «два мяча», клетчатая ковбойка — вот нехитрый гардероб тушинского пижона конца 60-х. Как дополнение велосипед. У меня был «Спутник». Три скорости, спортивный руль, задние и передние тормоза! Скатиться до рынка по Вишневой с Малой Набережной минуты за две, а вот подниматься обратно в горку, да еще с десятикилограммовой авоськой картофеля непросто. Багажника на велосипеде не было, всё-таки спортивный, поэтому приходилось левой ухватившись за руль, правой, свесившись, держать картошку. Помню это ощущение напряженных мышц спины, затекших рук, наливающиеся тяжестью ноги. Подниматься приходилось на третьей скорости, но все равно было тяжеловато. Зато дома, сбросив ненавистную сетку с картофелем на кухне, выпив бутылку молока за 30 коп., выходишь на улицу и чувствуешь каждую мышцу, молодую, сильную, прокаченную. Это ощущение ушло совсем недавно, лет в 60.

Спорт начинался с раннего утра. Два или три круга по берегам деривационного канала, от восточного до западного моста, а это минимум пять км. Незабываемые ощущения во время кросса метров через 500, когда приходит «второе дыхание»! Наступает момент, кислорода в крови не хватает, глотаешь ртом воздух как рыба, в груди свистит. И вдруг как звуковой барьер у самолета. Кровь мгновенно наполняется кислородом, дыхание становится ритмичным и глубоким! Бежать легко! Ноги сами несут пружинистое тело! Это кайф!!!

Зарядка на свежем воздухе на берегу канала. Иногда и купнуться летом не мешало! Весь день потом как огурец! Первым «сдох» Мишка, потом Санька, а через месяц прекратил пробежки по каналу и я. Но велосипед был до десятого. Дал покататься соседу, а получил груду искорёженного металла. Сейчас даже трудно в это поверить, бывало оставлял велик просто у подъезда без всяких замков. Вечером засидишься за уроками, вспомнишь о нем часу в десятом, выскочишь на улицу, стоит родимый у заборчика, никто не тронул! Времена были другие, люди тоже. Во дворе стояли три каменных гаража. Это был редкий бонус, получить гараж рядом с домом. Хозяином одного из них был инвалид. Коляска, крепкий мужичок, немного истеричный и злобный. Что-то было у него с ногами. То есть ноги были на месте, но только не двигались. Мало ли болезней! Здоровались, только потом, много лет спустя я узнал его историю.

Семечка №2

Вор.

Его поймали с поличным, когда он пытался вылезти из окна на первом этаже, выбросив сначала узел с барахлом. Вызывать милицию не стали. Жёстко били ногами, а когда потерял сознание, просто подрезали сухожилия на обеих ногах. Лечился он долго, спасти ноги не удалось. Инвалидность. Теперь он уважаемый член общества инвалидов, Ветеран труда фабрики «Победа», использующей труд инвалидов, счастливый обладатель «копейки» и гаража. Говорить с ним было особо не о чем, но даже две или три короткие фразы после приветствия не располагали к общению. Кончил он плохо. Пацаны частенько бегали по крышам этих трех гаражей. Однажды наш герой не выдержал и пальнул по озорникам дробью, попал. Мужика судили, дали срок, гараж опечатали. Был недавно на Лодочной. Стоят, стоят голубчики.

Семечка №3

Санька.

Санька был моим другом. Учились в одном классе. Белобрысый, немного застенчивый. Я все не мог понять, что это -врождённая деликатность или забитость. Оказалось, последнее. Мы занимались в изостудии и перед занятиями я частенько за ним заходил. Уроки уже были сделаны, но у Саньки и его младшего брата еще была работа. Отец не отпускал сыновей пока они не выполнят обязательный план, он был великолепным краснодеревщиком, про таких мастеров говорят «золотые руки». Работал столяром на 500-м, а в свободно время, по выходным делал на заказ мебель. И не просто мебель, а великолепные серванты, горки, трюмо, этажерки, книжные шкафы. С мебелью тогда было туго, купить было невозможно, заказов было много. Вот и полировали сыновья эту мебель с утра до вечера, причём вручную, суконкой. В квартире пахло денатуратом и лаком. Санькин отец прохладно относился к занятиям сына в изокружке, он считал, что искусство не прокормит и, в сущности, был прав. Санька очень поднаторел в столярке: легко собирал табуретки, стулья, письменные столы из отцовских заготовок и это в 12 лет!

Санькина мать, бессловесная женщина с уставшим лицом, встречала меня приветливо, но как-то подобострастно. Это было неприятно. Беда пришла как всегда неожиданно. Однажды, получив расплату за очередной заказ, Санькин отец повздорил и избил жену. Видимо это бывало и раньше, но в этот раз побои были с особой жестокостью. После экзекуции она с детьми оказалась зимой на улице. Соседи вызвали милицию. Пьяный дебошир забаррикадировался в квартире и отстреливался из охотничьего ружья, ранил оперативника. Срок был приличным, судили рядом в клубе «Строитель». Санькина мать от побоев ослепла. Детей забрала бабушка. Я долго искал его новый адрес. Расспрашивал знакомых, соседей, через справочную. Нашел летом. Приехал на Железку. С помощью «братанов» (Машина времени) быстро вышел на нужный адрес. Встретил Саньку. Разговор был коротким. Видеть меня он не хотел, все время отводил глаза. До сих пор он со мной. В душе.

Семечка №4

Юрка.

Юрка тоже был моим другом. Изостудия, художка, этюды. Когда отпал Санька, очень переживал, они жили в одном доме. Его отец был дальнобойщиком, пропадал месяцами. Мама подвижная и говорливая хохлушка, мечтала сделать из сына человека с большой буквы «Ч».

Поэтому кроме художки Юрка еще занимался танцами во Дворце пионеров. Об этой части его жизни я знал мало, а вот, что касается худшколы, особенно не блистал. Тем не менее её закончил, еще закончил МАДИ. К этому времени отец уже бросил семью и жил отдельно. Младший брат после десятилетки пошел в бармены и через год или два умер. Юрка уже был женат на дочери члена Политбюро. Жил в Кривоколенном. Были с женой у него на свадьбе. Обычный цековский дом. Внизу кэгэбэшники. Гости первые секретари обкомов. Это мы узнали несколько позже. А так свадьба как свадьба. Сидя за столом, смотрю один из гостей, тот самый, который самовольно провозгласил себя тамадой, кажется знакомым. Странно. Где я его мог видеть? Вспомнил! Вчера клеил членов Политбюро на стенд, он был вторым! Догадка быстро подтвердилась, когда этот тип произнес тост за 25 -й съезд КПСС! На просторной площадке подъезда курили все. Гости, видимо полагая, что и мы с женой «не без водолаза» приглашали в свои вотчины. Члену Политбюро очень понравилось танцевать с моей женой, даже после того, когда она его спросила о том, действительно ли он верит в утопию коммунизма! Наивная! Мы быстро уехали. Позже не раз встречались. Интересно, что Юрка с большим трудом приживался в новой семье. Теща и ее старая мать, женщины властные, долго не хотели принимать парня из низов. Частенько Юрка жаловался на жизнь, приезжая к нам домой. Жаловался, предварительно накрыв телефонный аппарат подушкой. Это обстоятельство особенно веселило мою жену, но мы с Юркой все понимали. Потом он стал большим начальником, обзавелся секретаршей, предупредил, что звонить лучше через неё, и дружба кончилась. Я думаю его мама очень бы гордилась своим сыном, правда до самой смерти ее так в квартиру в Кривоколенном не пустили.


Другие части из цикла "Тушинские семечки":

Обсуждение публикации на форуме
8 комментариев, последний 02 мая