Тушинские семечки

Keen, 02 апреля 2020 ( редакция: 26 августа 2020 )

Семечка № 25

А я вам так скажу. У вас не было детства, если вы не играли во дворе в футбол консервной банкой, если по дороге домой из «хлебного» вы не съедали половину еще горячего батона, если вы не экспериментировали с карбидом и не получали на кухне кислород из перекиси водорода, пока родители на работе. Вы не жили! Вы существовали!

Четырнадцатая школа на Долгова. Восьмой класс. Костя принес отличную бобину с Битлами. Поскольку я отвечал в бюро комсомола школы за агитацию, в том числе и за радиогазету, рассказывающую о школьных новостях, мы записали в качестве джингла и перебивки битловские песни. Костя виртуозно смонтировал. И вот на третьем уроке: -Внимание, внимание! Говорит школьный радиоузел!

«Hello, Goodbaye» (https://www.youtube.com/watch?v=rblYSKz_VnI) звучала очень непривычно в кабинете литературы. Все разинули рты. Мы с Костей ликовали. Классная Елена Захаровна удивленно подняла правую бровь. Уголки ее губ слегка дрогнули и застыли в полуулыбке. Когда зазвучала «Rock And Roll Music», класс был в экстазе. Классная подняла вторую бровь. Новости были банальны. На перемене обсуждали прорыв. Потом нас песочили у завуча. Костина мама, председатель родительского комитета просила избавить сына от тлетворного влияния. Меня отстранили от эфира. А Битлы и сегодня звучат в наших сердцах. Правда все реже и реже. Кости уже давно нет.

Мы не были друзьями, просто хорошими приятелями. Иногда соперниками. Костя ушел, когда ему было 43. Капитан первого ранга, черный пояс, мастер по плаванию, умница. Гнули, ломали через колено и добили. Все.

Семечка № 26

Химичка, истеричная молодящаяся тетка, неожиданно объявила, что на следующем удвоенном уроке будет контрольная. Все в шоке, даже отличницы. Сорваться с урока по болезни, единственный шанс уйти от двойки. А именно эта оценка была любимой у незабвенной продолжательницы дела уважаемого Дмитрия Ивановича Менделеева. Очень понравился его портрет, автор Е.Х.

15023013795_f6c0861935_o

Пройдя тяжелый жизненный путь побед и испытаний, могу с уверенностью сказать, что предмет преподавания в школе — это диагноз педагога. Русский язык и литература - интеллигентный и спокойный характер. История - глубокие и вдумчивые личности. География - экстраверты. Физкультура- как правило туповаты, если мужики. Труд - тоже. Математика и физика - очень большой спектр, от артистизма до озлобленности. Астрономия-философы. Иностранный, за редким исключением, звери. Химия - как правило, истерички. Так вот "наша" была именно такая. Благовоспитанность мгновенно сменялась воплями и посыпанием пеплом растрепанных волос, по цвету похожих на раствор фосфата железа (FePO4) на концах и у корней на сернокислую медь(CuSO4). Неизменный кримпленовый двухвалентный брючный костюм цвета хромата стронция так рябил, что в глазах появлялись мушки. То ли тяжелое семейное положение, то ли вечный климакс, но эти выходки доставали даже завуча.

На перемене все столпились в коридоре. Страх перед предстоящим испытанием и позором затмил разум благоразумным тушинским девам. Куда податься? А ко мне! Вот уже целый год процветает мой бизнес. Медсправка-рупь. Гравюру на линолеуме полюбил еще в изостудии при Доме пионеров. Найдешь кусок буро- красного линолеума и шедевр обеспечен. Резал с увлечением. Оттиски получались высокохудожественные. В художке это искусство освоил в совершенстве. До офорта еще не дорос, а гравюры резал классно. Особенно, когда подарили глазные скальпели.

Что представляла в те времена медсправка. Клочок синей или фиолетовой бумажки, на которой корявым почерком было что-то написано и неразборчивая смазанная печать круглая, а чаще треугольная. Если вырезать подобие печати, от передней обложки обыкновенной школьной тетради на 12 листов срезать два чистых поля сверху и снизу надписи: тетрадь, по…, ученика/цы/…, класса…, школы…

Шлепнуть мою "печать" в нижнем правом углу, а потом пригласить девушку с ужасным почерком, мечтающую стать медиком, получится медсправка. Главное, чтобы фамилия читалась.

На перемене все ко мне. Обступили. Шлеп-рупь, шлеп-рупь. Наташка писала всякую чушь. 20 процентов не жалко, компаньонка. Вдруг голос классной:

- А, что это вы тут делаете? Сергей, в учительскую!

Тихий такой голос, мягкий, интеллигентный. Все-таки русский и литература. Но мне он показался раскатом грома. Ну, думаю, попал! Разговор был тет –а - тет. Спокойно и ненавязчиво мне рассказали о перспективах в том числе уголовных и погрозили маленьким изящным пальчиком. Всё!

В тот день весь класс получил "колы".

А я на следующий день вплотную занялся офортом. Какие открывались возможности и перспективы!

Семечка № 27

Не знаю почему, но мне всегда везло на тумаки. Гуляем с друзьями, тихо мирно сидим на скамейках, подойдет проезжий хулиган, начнет задирать, все разбегутся, а я останусь. Стыдно бегать. Однажды так и произошло. Подошел поддатый верзила, все врассыпную. Он ко мне. Серия Попенченко.

После друг рассказывал, что с балкона за этой баталией наблюдал его отец. Пристыдил сына и спросил: - А этот парень, который остался, твой друг? Если нет, с таким можно дружить!

Самое грустное, что этот верзила потом повадился приходить в школу мстить. Раз пришел, второй и все с кодлой. Удавалось уйти от столкновения. Но всё-таки поймал в гардеробе, в подвале. Я переобувался и тут он в проходе, спастись не удастся. Когда маленькую тихую слабенькую мышку загоняют в угол, она звереет и превращается в льва. Опомнился, руки были в по локоть в его крови. Вызвали отца. Вернее, он сам пришел, когда увидел последствия этой бойни на моем лице. Директор долго извинялся и просил никуда не жаловаться. А верзилу через некоторое время посадили, но я к этому не имел никакого отношения.

Ближе к концу года отец опять пришел в школу за "Евгения Онегина" в моей редакции. Рукопись разошлась по рукам, как горячие пирожки. Конечно, она предназначалась только для избранных друзей, не более, но Игорь переписал ее под кальку и пошло. Вот как надеяться на друзей!

Виноват. Когда мы вошли в учительскую, смех неожиданно смолк, и Елена Захаровна, прикрыв ладошкой рот, увела нас с отцом в кабинет литературы.

«Ильич не самых честных правил,

Когда он властью занемог,

Никите ножку он поставил

И лучше выдумать не мог.

Это самый безобидный отрывок. Все так писали и Пушкин, и Есенин, и Маяковский. Не подумайте, что сравниваю. Им можно? Отец тогда сказал:

- То, что написал - глупость! Больше так не делай. А что до друзей - всех люби, от всех беги!

Это потом, повзрослев, я понял:

«В России нет проблем со свободой слова.

В России есть проблемы со свободой после слова».

Обсуждение публикации на форуме
8 комментариев, последний 02 мая