Тушинская чулочная фабрика. Страницы истории.

Двенадцать лет назад опустел и замер пятиэтажный, петлей завернувшийся корпус резинового завода «Проводник». В провалы окон залетали галки и голуби; лестницы поросли зеленью; беспомощно, жалко выглядели запыленные части машин; «мелочь» растаскивалась.:

Весной 1929 г. в Тушинский овраг, на берегу речки Сходни, в 17 км от Москвы по Балтийской линии М. Б. - Б. ж. д., пришли энтузиасты - строители и вдохнули новую жизнь в мертвый организм. Взбухла запруженная Сходня; посреди пустого поля выросла новенькая железнодорожная платформа «Трикотажная»; начали останавливаться поезда.

Полгода понадобилось, чтобы через НК РКИ добиться одного только - остановок дачных поездов вблизи новой трикотажной фабрики. B январе 1930 г. фабрику подожгли вредители. Рабочие отстояли корпус, но сгорела кладовая с полуфабрикатами. Несколько раз возникал угрожающий вопрос: «Быть или не быть?» Слишком много зияло прорех, провалов, требовавших так много и сил и средств. Не было арматуры, отопления, труб. Но энтузиасты не отступали. Они развернули знамя социалистического соревнования, на 300% повысили производительность труда и - в две недели оборудовали временное отопление; по - боевому, по - социалистически ликвидировали и все остальные прорывы.

- Сейчас остались одни мелкие трудности и недостатки. Их очень много, - признается директор фабрики, рабочий - текстильщик Гаврилов, - но мы все свои недостатки хорошо знаем и видим.

В этом залог того, что чулочная фабрика № 7 треста Мострикотаж, одна из первых в Европе по величине, оборудованная двумя тысячами чулочно-вязальных автоматических машин американского производства, находится в верных руках, и на верном пути.

Свой промфинплан в апреле фабрика выполнила на 90%. С каждым месяцем выработка (прогрессивно растет. К концу года фабрика даст два миллиона прибыли, а к концу пятилетки ежегодно будет давать сто миллионов продукции. На очереди строительство. В имении б. князя Щербатова, рядом с фабрикой, предположено выстроить рабочий городок, а корпус теперешнего общежития с камерной системой будет приспособлен под фабрику детского чулка. Еще нет больницы, прачечной, яслей, хороших столовой и клуба. Фабрика находится в стадии расширения своего производства. Много машин стоят в запасе из - за отсутствия достаточного количества подготовленных рабочих.

На фабрике почти три четверти рабочих - молодежь. Она заполнила все станки; молодежь - подмастерья и помощники мастеров, инженер Кухаркин - комсомолец. Фабрика молодежи! Это придает ей особенное значение и заставляет тщательно присматриваться ко всему, что делается на фабрике, как работает молодежь и под каким влиянием она находится.

Комсомольская ячейка фабрики огромна - 400 человек, но... комсомола на фабрике не чувствуется. Другие, чуждые комсомолу настроения владеют молодежной массой, и в хвосте этих настроений подчас плетутся комсомольцы. На собрании стоял вопрос, чтобы 20 апреля работать, а за счет этого увеличить на один день первомайский праздник. Отдельные комсомольцы голосовали за то, чтобы на пасху не работать. Оправдываясь, они говорили:

- Мы отражаем настроение рабочих...

А фабрика требует твердого, вываренного политического руководства.

Ведь фабричные кадры еще не отстоялись. Каждый месяц дает фабрика новые сотни парней и девушек. Они идут из деревень, из детских домов, не зная, что такое фабком, трудовая дисциплина, делегатка. Выходцев из деревни больше половины, детей рабочих только 20%. Здесь на фабрике непочатый край для комсомольской работы. А делается очень, очень мало.

Все силы фабрики направлены сейчас на выполнение промфинплана. За первый квартал до контрольных цифр недоработано 25%. Летучий митинг на дворе за ликвидацию прорыва сделал свое дело. Во втором квартале отдельные цехи выполнили про грамму с превышением. От общей ударности фабрика перешла к ударным группам, комплектам, столам с коллективной оплатой груда.

На лестнице производственного корпуса висит доска с кричащими цифрами:

Мотальный цех - 109% Вязальный цех - 126% Котельный цех - 89% Брак - 27,2%, срыв - 9,6%.

Это так выполняется промфинплан. В мотальном цехе красная доска:

Ударник - активный помощник в выполнении пятилетки! Первая ударная группа моталок. Коллективная оплата труда. 8 человек работают на одну расчетную книжку.

Кто следующий?!

Яркий боевой вызов.

Проворно и сосредоточенно работают ударники. У каждого 18 веретен. Глаза зорко следят за вертящимися «фигурками» и шпулями с искусственной шелковой нитью - вискозой. Ловко, быстро ударница связывает обрыв, сменяет размотавшуюся «фигурку», исправляет поломку. В ударной группе нет лентяев и ротозеев. Все одинаково выполняют норму. Плохой работник снижал бы общую выработку, а значит, и заработок своих товарищей.

Рядом с ударной группой мотают суровую нить ученики. Они «не - ударные», работают на жаловании, не сдельно, и это чувствуется: работают они с прохладцей.

- Какая разница между вами и ударниками? - задаю я шутя каверзный вопрос.

- А я, право, не знаю, - простодушно роняет краснощекая ученица из детдома Янина, с удовольствием отрываясь от работы.

- Как же не знаешь, ведь рядом работаешь?

- Да так. Я только четвертый месяц работаю, мне не объяснили.

- Часто рвется нить?

- Не знаю... Часто, кажись...

В цехе больше ста групп, а ударных только четыре. Разъяснительная работа с учениками проводится очень слабо. Ученики не чувствуют ответственности за работу, за машины, не втянуты в ударничество.

Вязальный цех - основной и самый трудный, оборудованный американскими машинами «Скотт Вильямс». Квалифицированный рабочий обслуживает 20 таких машин; ученики то же количество машин обслуживаю по - двое, по - трое.

Подмастерьем здесь Дубняк, комсомолец, еще недавно сам бывший учеником. Он следит за 80 машинами и учит других, как на них работать. Ударных бригад в цехе нет. «Не оправдали надежд, и некому ударять». Ученикам не доверяют. Учеников в цехе 80%.

Недавно цех перевели на две смены, а с нагрузкой не справились. Машины стоят. То частей нет, то потому, что некому следить за машинами. В группе Дубняка 1С человек, и из них только одна старая работница. Брак в первом квартале достигал 18%, вместо предельных 10%.

- Я думаю, - озабоченно говорит Дубняк, - тут виновата администрация. Уж очень часто она перебрасывает рабочих с одного комплекта на другой. Не успевают освоиться и узнать дефекты своей машины.

Встает вопрос о кадрах, о повышении технической грамотности молодежи. Зимой при инженерно - технической секции были организованы курсы по повышению квалификации подмастерьев.

Программа была составлена с расчетом пройти в четыре месяца математику в объеме семилетки. Не знающим четырех действий арифметики подмастерьям предложили решать алгебраические задачи. Курсы, конечно, распались. Сейчас обдумывают новую программу курсов. К осени откроется школа ФЗУ. Только через два года фабрика будет иметь свой кадр квалифицированных рабочих.

У входа в кеттельный цех бичующая табличка:

Слабая производительность! Штопалки - 75% выполнения плана Подрубалки шва - 45% Небрежная работа бортовщиц (косые борты) - 73%. Подтянемся!

Кеттельный цех самый многочисленный на фабрике. На каждой машине по работнику. B цехе происходит процесс: петлевки, подрубки шва, бортовки, вырезки и сортировки чулок. Отсюда полуфабрикат поступает на другую фабрику треста Мострикотаж в Москве, где его красят и формируют. В мае заканчивается монтаж красильного и формировочного цехов. Тогда фабрика будет представлять собой вполне законченный комбинат.

Кеттельный цех только еще разворачивается. Десятки машин бездействуют, завернутые в бумагу. Здесь также недостаток квалифицированной рабочей силы. На 10 учеников приходится один специалист, который их контролирует, инструктирует и проверяет товар. В цехе 11 групп с коллективной оплатой труда. Раньше они назывались ударными, но не выполнили производственной программы. Сейчас подтягиваются.

Подмастерье, комсомолка Данилова, с воодушевлением убеждает:

- Чтобы выполнить промфинплан, на мой взгляд, все смены нужно перевести на общую расчетную книжку. Тогда не будет простоев. А то пока сменщица снимает с машины чулок, а другая после нее заправляет машину, время проходит зря. Но разве их скоро убедишь? - Данилова грустно кивает в сторону девушек. - Они боятся, что их десять копеек кому - то перейдут. Говорю им: «Разве я для себя стараюсь, вам же лучше: выработку увеличите, и заработок повысится». Поговоришь так с ними, согласятся, а потом встреч со мной избегают, - боятся. «Вон идет!» Отработают свое и куда - то бегут, даже на собрания не остаются. Муж, говорят, дома ждет, комната закрыта, а то просто спешат погулять. Некоторых все - таки убеждаешь, после приходят: «Дусь, давай сделаем, как ты говорила».

Дуся - одна из первых работниц на фабрике. Она сама ее строила, фабрика заменила ей родных, дом. Вся ее жизнь, все мысли неразрывно связаны с фабрикой. Для нее она жертвует учебой, здоровьем. Дуся - бывшая пионерка, служила домашней работницей, окончила курсы ЦИТ, малограмотная и, несмотря на это - председатель экправа, член бюро ячейки, выдвинулась и стала первой из девчат. Она нажила себе катар желудка, малокровие от того, что целыми днями не ела, ночи не спала, находясь в работе. Она отказалась от учебы, потому что «работа не ждет».

Дусю любят, она привязывает к себе «душевными» нитями девушек.

- Дуся, я хочу с тобой работать, тебе помогать, - к ней подходят нередко с таким конфузливым предложением. Дуся смеется; радость слизывает и усталость и нездоровье.

- А в том, что наш кеттельный цех не выполняет промфинплана, - торопливо говорит она, - мы обвиняем вязальное отделение. Оттуда к нам поступает 50% брака: нет ранжей, нет плотной посадки. И работниц нельзя винить в недовыработке, раз качество полуфабриката разное.

Дуся тревожно осматривается. Мы слишком заговорились, а, ведь, ее ждет работа.

Фабрика молодежи, как никакая другая фабрика и как никакой другой завод, нуждается в комсомольской поддержке. Фабрика ждет хороших комсомольских работников, фабрика требует культурных сил.

Вот почему так дорог почин группы молодежи при Большом театре. Они решили дать на фабрике несколько концертов, они организуют показ новых постановок. Но это - капля в море. Сделать надо еще очень много. И это многое будет сделано, если новый гигант будет окружен любовным вниманием советской общественности.