Усадьба Покровское-Глебово-Стрешнево | |
|---|---|
Группа отдыхающих в санатории аэрофлота в бывшем поместье усадьбы Покровское-Стрешнево. 1935 год. В 1933-1940 годах в усадьбе Покровское-Стрешнево работал санаторий « Аэрофлота», он же — санаторий Главного управления Гражданского воздушного флота. Там часто бывал знаменитый полярный лётчик, Герой Советского Союза Михаил Водопьянов. Об этом рассказывают его автобиографические книги и воспоминания современников. Утром 17 ноября 1933 года в фойе санатория появилось объявление: после ужина отдыхающих приглашают в читальный зал на встречу с лётчиком Михаилом Водопьяновым, он расскажет про свои полёты на Дальний Восток. «Это имя было уже хорошо известно, о его героическом полёте 1930 года на «Юнкерсе» по маршруту Хабаровск— Оха—Александровск-на Сахалине писали газеты», — вспоминал много лет спустя участник этой встречи Пётр Егоров, генерал-майор авиации, а тогда, в 1933-м, — выпускник лётного училища. В санатории Водопьянов долечивался после испытательного полёта из Москвы в Петропавловск-Камчатский. Над Байкалом забарахлил мотор, самолёт упал. Бортмеханик Серёгин погиб, а Водопьянов выжил, но получил множество переломов и долго лежал в больнице. Уже весной следующего, 1934 года Михаил Водопьянов стал одним из членов спасательной экспедиции по вызволению из ледового плена команды и пассажиров ледокола «Челюскин». Здесь же, в Покровском-Стрешневе, где он восстанавливался ещё не раз, Водопьянов начал делать наброски о своей авиационной истории: как служил обозным в воздушном дивизионе «Илья Муромец», летал на самолёте «Конёк-Горбунок», учился в лётной школе общества «Добролёт»… Написанное Водопьянов показал другу — лётчику Павлу Дурницыну, который возглавлял недавно созданный профсоюз работников авиации. Тот прочитал и вынес вердикт: надо довести до ума — и печатать! Состав писательской комиссии, которая приехала в Покровское-Стрешнево на читку, — Леонид Леонов, Владимир Лидин, Новиков-Прибой, — соответствовал статусу автора: в апреле 1934 года Водопьянову, как и другим лётчикам, спасавшим челюскинцев, было присвоено звание Героя Советского Союза. Он прочитал несколько глав из своей рукописи. Писатели одобрили, особенно те фрагменты, где шла речь о полётах. Через несколько месяцев в издательстве «Советский писатель» вышла книга с простым названием «Рассказ о моей жизни». Знаменательно упоминание о том, что санаторий был ночным. Лечебно-профилактические учреждения ночного пребывания действовали в 1930-1950-х годах при разных предприятиях и ведомствах. Путёвки туда выписывал врач на 18 или на 24 дня, чтобы работники могли подлечиться и укрепить здоровье без отрыва от производства. Отработал смену — идёшь не домой, а в санаторий, где тебя ждут тишина, чистота, назначенные врачом процедуры, физиотерапия, ванны, массаж, а потом диетический ужин. Но в случае с санаторием «Аэрофлота» слово «ночной» предполагало ещё одну опцию. Бывшая усадьба находилась совсем рядом с Центральным аэродромом на Ходынском поле и аэродромом в Захаркове, где снаряжались рейсы в Арктику и Заполярье. Неудивительно, что санаторий «Аэрофлота» начинает использоваться и как ведомственная гостиница, где можно переночевать перед ранним стартом. Жёны — против Это было, конечно, удобно. Однако против ночного санатория начали выступать жёны пилотов. Что за новые порядки, когда муж не ночует дома! «Они возмутились тем, что отрывают мужей от домашних очагов… Дескать, чего выдумали! Где бы мы ни были, в каких бы частях наши ни служили, всюду домой на ночь приходили, — описывал протест жён Михаил Водопьянов в книге «Друзья в небе». — … Но очень скоро и они поняли, какое значение имели санатории для укрепления здоровья лётчиков». Кстати, сам Михаил Васильевич с семьёй жил в районе стадиона «Динамо», практически напротив Ходынского поля. Но перед важным полётом он всегда старался набраться сил в Покровском-Стрешневе. |
