"Здесь начиналась Москва" (книга, изданная к 850-летию Москвы)

Составители указаны в тексте, 08 февраля 2006 ( обновлено: 22 января 2019 )

Древний графский род Шереметевых принес России немалую славу. Государственные деятели и полководцы, ученые и путешественники, историки и литераторы, просветители и меценаты - Шереметевы оставили в русской истории весьма заметный след. Это не только те "фамильные' географические названия, что, славу Богу, не до конца стерты с карты Москвы и России, но, прежде всего я имею в виду шереметевский вклад в историческую и культурную сокровищницу нашей Родины. Все крупные музеи, картинные галереи, библиотеки страны хранят художественные ценности, отмеченные "шереметевской печатью". Немало ценных реликвий, связанных с родом Шереметевых, по разным причинам ушло из России, золотым фондом осело в культурных слоях зарубежья и не все они нам известны сегодня. Но и на родине славного графского рода достаточно осталось малоизвестных нам шереметевских страниц. С одной из них, связанных с Тушином, мне бы хотелось познакомить читателей.

Речь пойдет о С. Д. Шереметеве (1844 - 1918 гг.) - прямом потомке фельдмаршала Б. П. Шереметева, того "птенца гнезда Петрова", которого А. С. Пушкин неслучайно, наверное, назвал в своей "Полтаве" благородным. Один из последних отпрысков графского рода, Сергей Дмитриевич по семейной традиции начинал свой жизненный путь с военной стези. Получив добротное домашнее образование, он сдал экзамен при пажеском корпусе на офицера гвардии и девятнадцатилетним юношей вступил в прославленный еще под Бородином кавалергардский полк, приняв поначалу командование взводом. Адъютант наследника престола, флигель-адъютант императора, активный участник турецкой войны 1877 -1878 гг. - казалось, это сулило военную карьеру, но блестящий офицер в расцвете ее вдруг ударился в дела просветительские, занялся благотворительностью и вскоре после войны целиком посвятил себя мирным делам Отечества. Любовью к вековой истории России, ее культуре пронизана вся дальнейшая деятельность С. Д. Шереметева. Меценат в лучшем (и, к сожалению, потерянном нами) смысле этого слова, Сергей Дмитриевич на свои средства издал сотни томов русских летописей, писцовых книг, грамот, памятников древней письменности, русской иконописи и искусства. Он основал и финансировал ряд просветительских учреждений, издание сборников "Старина и новизна", "Библиотека древних летописей" и других, устроил музей предметов русской старины, в котором собрал тысячи исторических экспонатов. "Да не иссякнут здесь и впредь предания минувших поколений наших", -писал он о своем музее в подмосковном Михайловском.

И еще одну надежду лелеял русский граф, не жалея ни средств, ни сил, ни времени для воссоздания и сохранения истории больших и малых мест России. Именно в неразрывной временной связи всех русских людей, в том, что сегодня мы называем несколько затертым словом "преемственность", видел он залог процветания своей Родины, основу духовной крепости своего народа: "Чем больше сохранится уголков на Руси, в которых не будет гаснуть светоч, светивший прежним поколениям, тем лучше для страны, тем счастливее для обитателей таких благословенных уголков". И еще одно пророческое его высказывание; "Общество, отрекшееся от коренных своих начал, подлежит неизбежному провалу", Сохранение русской истории, как видим, было для С. Д. Шереметева, образованнейшего человека своего времени, не праздным занятием. В подвижнической деятельности на этом поприще ярко раскрылся его талант исследователя, историка, литератора. Он написал и издал на правах рукописей десятки книг своих воспоминаний о путешествиях по России, Кавказу, Балканам, оставил нам исторические исследования и лирическо-философские описания России, литературные портреты своих современников. Особенно проникновенные строки Сергея Дмитриевича были посвящены Москве, которую он любил всей душой, как сын, как всякий истинно русский человек: " ...Санный путь и солнце, воздух свежий и живительный, золотые главы Кремля блестят яркими лучами, и звон этот дивный, с детства знакомый и родной, все по-прежнему ныне, как и всегда, и пока стоять будет место свято, он будет разливаться по всей земле русской. Но когда же прекратится этот звон?... - Только тогда, когда не будет России". Этим строкам без малого век, но их скрытая тревога, какое-то необъяснимое предчувствие-пророчество будто бы обращены в день сегодняшний.

Имя С. Д. Шереметева довольно часто появлялось в русской периодике на рубеже веков, но еще чаще читатель мог только догадываться о настоящем имени автора - сиятельный граф предпочитал оставаться в тени и подписывал свои публикации псевдонимами "Г. С. Ш." или просто "Любитель старины". Круг его литературных интересов довольно четко обозначен названиями' журналов и газет, в которых сотрудничал С. Д. Шереметев: "Русский архив", "Русская старина", "Природа и охота", "Русский вестник", "Московские ведомости".

"Граф Сергей Дмитриевич Шереметев - русский душой, беззаветно любящий все родное и живо чувствующий красоты родного слова и родного искусства, не только познакомил русское общество с целым рядом вещественных и письменных памятников родной старины, с их внешностью и художественными особенностями, но заставил и полюбить древнюю книгу, древнюю рукопись, древнюю живопись и оценить их самобытную красоту и художественную ценность", - отмечали его современники.

Авторитет С. Д. Шереметева был признанным в научных и общественных кругах тогдашнего общества. Почетный член императорской академии наук, почетный председатель по научному изучению славянского текста Библии, председатель архивной комиссии при Министерстве народного просвещения, член Государственного совета, губернский предводитель московского дворянства, попечитель Странноприимного дома... Можно и дальше очерчивать круг его научных и общественных забот, но, кажется, и перечисленное дает достаточно объемное представление о разносторонней деятельности графа. Одно лишь хотелось бы отметить мне здесь особо. Живя после отставки, в основном, в подмосковном Михайловском, он содержал здесь школу, ясли, приемный покой, родильный приют. Простое перечисление этих заведений проливает свет на отношение графа к нуждам народа, о чем у нас несколько с другой стороны принято было говорить в послереволюционные и недавние годы, хотя многие русские дворяне, купцы, промышленники занимались благотворительностью и тем оставили след в памяти потомков.

Мало известна нам и другая сторона его деятельности - литературное творчество. Собственные книжки С. Д. Шереметева, в основном, издаваемые на правах рукописей, предназначались узкому кругу читателей - друзьям, знакомым, родственникам. По этой причине тиражи их были незначительные, и только единицы этих изданий дошли до нас, став библиографической редкостью. Историческое исследование "Тушинцы" принадлежит именнок таким редким книгам. В нем оригинальный, в чем-то не общепринятый взгляд автора на события "смутного времени" и деятелей русской истории той поры.

И, как знать, не увидит ли наш читатель за событиями далеких лет нечто большее тушинской старины, какую-то глубинную историческую связь с нашими бурными днями... Как знать, ведь история повторяется. Впрочем, повторяясь, она зачастую мало чему учит нас, нерадивых своих учеников. Но если повествование графа пробудит в вас подобные мысли, я буду считать, что не зря просиживал дни в публичной библиотеке, буду рад, что не только для себя открыл еще одно забытое русское имя.